Реальная виртуальность

Все громкие заявления и стереотипы о воздействии видеоигр на подростков уже давно забылись, но как только кто-нибудь выходит на улицу и начинает стрелять и агрессивно себя вести, всегда виноваты игры. И каждый раз кто-то пытается добиться принятия закона об ограничении распространения компьютерных игр, а люди  начинают снова говорить об их вреде. Но правда ли все это?

Люди говорят, что это зависимость или болезнь. На этот счет нет точного ответа. И поскольку нет тестов для выявления игромании, то в одних исследованиях часть зависимых больше, в других меньше из-за разных методов. Например, применялись способы по выявлению игромании в контексте азартных игр, что в корне не верно, из-за вопросов типа «Думаете ли вы об игре, когда не играете?». Ведь никто не может после прохождения какого-нибудь «Spec Ops: The Line», сразу забыть о том, что произошло. Не смотря на это, процент зависимых, по результату мета–анализа, равен всего трем. Перед тем как кричать о гипотетическом риске, может, стоит вспомнить о том, что другие зависимости куда более распространены, к примеру, ожирение или зависимости от табака и алкоголя. Они даже занесены в международную классификацию заболеваний, в отличие от игромании, которая даже не имеет методов диагностики и точного определения. Из-за гипотетических трех процентов мы должны отказаться от такого количества миров и историй, рассказанных в играх?..

Противники видеоигр часто говорят о худшей социализации и меньшей общительности у геймеров. Начнем с того, что игры являются тем же хобби, что и просмотр фильмов и сериалов, поэтому можно познакомиться с человеком по интересам. А стереотипы о замкнутости геймеров были навеяны различными СМИ, и уже не раз опровергнуты научным сообществом. Установлено, что геймеры в играх заводят более крепкие связи, и находят лучших друзей именно в онлайн играх, а такие отношения не редко переходят в оффлайн. А еще люди, играющие в игры, более склонны к проявлению гражданской активности.

Противники видеоигр любят говорить о неуспеваемости и деградации как о последствиях игр, но и тут они не правы, ведь согласно исследованиям, подростки – геймеры проявляют большую обучаемость и способности в решении пространственных задач и головоломок, а на успеваемости это может отразиться только в случае банальной нехватки времени. Ученые даже предлагают использовать видеоигры в учебных целях.

Жестокость стала неотъемлемой частью некоторых жанров, и в связи с этим стало появляться мнение о большей жестокости геймеров. Если с книгами и фильмами люди уже как-то смирились, то тут все не так гладко, в основном потому, что эта медиапрослойка относительно молодая. Людей пугает то, что в фильмах убивает маньяк, а в играх сам игрок нажимает на кнопку и отправляет кого-то в небытие. Начнем с того, что психически здоровый человек не проецирует модель поведения любого компьютерного персонажа на себя, и мы в будущем не получим поколение психопатов. Кроме того, было установлено, что жестокие сцены по ТВ оказывают тот же эффект, что и в играх, и так как телевиденье более распространено, чем игры, оно является более опасным, но почему-то никто не бежит в высшие инстанции с криками и требованиями о запрете кинофильмов и сериалов.

Этой теме посвящают целые передачи по ТВ, и это ожидаемо. Странно только, что когда говорят об игромании и психических расстройствах, во время рекламных пауз внезапно начинается реклама каких-нибудь «World of Tanks» или «Warface». А социальные рекламы на это тему напрямую напрямую нарушают закон, где сказано о том, что «Недостоверная и недобросовестная реклама не допускаются», а такую рекламу вряд ли можно назвать добросовестной.

Ну а главный стереотип о геймерах — это их «внешний вид»: полуприросшие к стулу подростки. Уж поверьте моему опыту — мы выглядим абсолютно нормально, как и другие люди. Именно поэтому не стоит верить чему-то, только потому, что так сказали по телевизору. И это касается не только видеоигр, но и других сфер жизни. Просто стоит ко всему скептически относиться, проверять информацию на достоверность, и конечно, критически смотреть на вещи.

Данил Бугров
Рис. Алены Черниковой